БАРС.Life
"синдром литвиновой"
Так уж вышло, что в "БАРС Груп" я устраивалась 4 раза и
3 раза увольнялась.
Такое состояние психики, в котором сотрудник уходит из компании, а коллеги делают ставки, через сколько он вернется обратно, принято называть "синдромом Литвиновой". Между прочим, даже Моуриньо подвержен "синдрому Литвиновой", по крайней мере, ходили такие слухи в раздевалке Челси.

Причины, по которым я уходила, были разные: то мне посулили зарплату повыше, а я как раз собиралась поменять коронки на золотые и купить Ниву с прицепом, то обещали частые командировки в Сан-Себастьян, то Виталик не поздравил меня с днем рождения и взбаламутил гормональный фон…да и просто у нас, у деревенских, принято хату раз в году к Пасхе перекрашивать.

На деле получалось как в известном меме «ожидания/реальность».
Компаний было много, они были непохожи друг на друга и
на БГ.


«Совершенствуя бизнес, улучшать мир»

Двадцать первый век и высокие технологии буквально ворвались не только в Авиастроительный район, но и во все сферы экономики.
Компания Х работала по схеме B2B. Они были амбициозные, стрессоустойчивые, клиенториентированные католики, имели аналитический склад ума и платили чуть выше рынка. Правда, платили по серой схеме. Когда мне в первый раз выдали зарплату в стыдливом конверте, я почувствовала себя как в детстве – так бабушка совала мне 5 рублей «на морожину» втайне от родителей, потому что «морожины» мне не разрешали (диатез). Серая схема - она немного унижает, вроде неочевидно, но чувствительно. О кредите на коронки можно было забыть, я загрустила. Мне все чаще стал мерещиться в толпе благородный профиль моего бывшего руководителя Р., хотелось кататься на электроне с бомжами и есть шпроты, что мне совсем несвойственно.


«Опыт и экспертиза»
Компания ХХ была крупная, перспективная и с хорошим годовым оборотом. Но там было два минуса, точнее два плюса, которые назло всем законам арифметики при умножении дали большой жирный минус – ДМС и пенсионеры.
Каждый рабочий день начинался с того, что пенсионеры по все 4 стороны от меня начинали обзвон клиник, участвующих в ДМС, и выясняли, где им удобнее вылечить зубы или сделать УЗИ печени.

Потом они громко советовались друг с другом через мою голову, не прибегая к помощи мессенджеров и всей этой американщины, а потом уже обычно был обед. К концу первого месяца я усвоила, что у Петра Петровича - протрузия, у Ивана Иваныча - панкреатит, а насчет Василь Василича мне показалось, что зубов у него как минимум вдвое больше, чем задумано природой. Кстати, с обеда они возвращались уже немного в синих гольфах, если вы понимаете, о чем речь.
«В БГ такой фигни не было», - сварливо думала я. Забросила охоту и катание на лошадях и тоже начала поддавать во время бранчей. От пьянства и спуска по социальной лестнице меня уберег все тот же Р., который мягким голосом позвал меня назад, и я, конечно, побежала, роняя тапки.

«Лидер в области управления знаниями»
Компания ХХХ была международной, имела почти вековую историю и грандиозные цели – обращать знания в золото. Перед серьезным собеседованием я посмотрела сто обучающих видео про то, как успешно пройти собеседования, заодно еще писят - про ошибки, которые делают соискатели (не делаю ни одной, ай да Литвинова, ай да мамина дочь). Мне сделали оффер, хотя само собеседование проходило очень хаотично, ко мне по очереди приходили разного уровня руководители и в течение почти 3 часов задавали не очень связанные друг с другом вопросы. Мы обсудили все – от шифрования по ГОСТ 28147-89 на процессоре Байкал-Т1 до моих спиритических контактов с Эдисоном. Я так и не поняла, в каком вопросе я была более убедительна, но меня приняли.

Публика в компании ХХХ была разношерстной, преимущественно самоуверенные юнцы, заложники пубертата. Юнцы бегали по бесконечным митингам, галдели, рассыпались по рабочим местам, чтобы подвердить участие в следующем митинге, снова бодро стекались в стройный рядок и куда-то слаженно бежали. Системы управления задачами там не было в принципе. «У нас здесь управляемый хаос», – гордо пояснили мне ребята, но могли бы и не пояснять.
Из-за международности, (а, может, просто понты) разговаривали там на гремучей смеси английского и русского – стиль, известный в БГ как «аделька-которая-уехала-в-дубай» – я сегодня вери бизи, уточни у своего бадди, у нас никто не хорсэраундит (*не валяет дурака), наша компания эхедит зе тайм (*опережает время). Согласитесь, терпеть все это нелегко человеку, который в 80-ые собирал металлолом и макулатуру, легшие впоследствии в фундамент индустриализации, хотя я изо всех сил стараюсь не быть овцой и го уиз зе тайм (*идти в ногу со временем).

Пришлось делать ноги, я припала к груди всепрощающего Р. и клятвенно обещала себе, что невер эгейн, невер эгейн, невер эгейн.

После последнего увольнения/возвращения наш предусмотрительный сисадмин Лешка выиграл у остального офиса пятихатку. Его лошадь пришла первой.
Мой рефрактерный период длится уже почти 2 года.

И вот что я вам скажу: опыт опытом, экспертиза экспертизой, а общий культурный код – все-таки самый мощный афродизиак. Я просто люблю свою Компанию.

Конечно, всегда найдется тот, кто ходит на работу и ненавидит ее. Такие индивидуумы отвергают само предположение о том, что работу можно любить и можно не только за деньги. В этом случае на ум приходит только один пример, зато очень наглядный: я как-то набрела на форум БДСМ-щиков, так там с большим пренебрежением отзываются о "ванильных" отношениях.
Елена Литвинова
Руководитель отдела разработки
технической документации